Обвиняемый по делу о крушении теплохода «Полесье-8» в Омске: «Капитан Ратько напился во время рейса»
Бывшего начальника службы пассажирских перевозок хотят уличить в том, что именно он выпустил пьяным в рейс капитана
Фото: Андрей КУТУЗОВ. Перейти в Фотобанк КП
Напомним: трагедия на Иртыше случилась в августе минувшего года. Пьяный капитан пассажирского теплохода «Полесье-8» Юрий Ратько врезался во время круиза в баржу. Итог – 6 погибших десятки раненых.
Ратько получил 4,5 года колонии общего режима Однако следствие по делу не закончилось. На днях в суд поступило второе уголовное дело. Экс-начальника службы пассажирских перевозок ОАО «Омский речной порт» Андрея Шмитбергера обвиняют в оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни и здоровья потребителей, повлекших по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью, смерть двух и более лиц. Как считают силовики, он прекрасно видел, что Ратько нетрезв, но выпустил капитан в рейс.
Второй процесс очень похож на первый: примерно те же откровения пострадавших и обсуждаемые факты, тот же гособвинитель Севиль Шакурова. Но Шмитбергер в отличие от Ратько не раскаивается и считает себя полностью невиновным.
Накануне трагедии, за несколько часов до рокового рейса Юрий Ратьо с другом выпил 3 бутылки водки
Два довода для спасения
- 17 августа у Ратько в крови было обнаружено 1,03 промилле, - быстро зачитывает обвинительное заключение Шакурова. – Шмитбергер обладал необходимыми профессиональными навыками… Проверяя годность капитана, установил, что Ратько не проходил обязательный медицинский осмотр и находится в состоянии алкогольного опьянения… Предвидя общественную опасность своего деяния, умышленно пошел на совершение преступления…
Процесс продолжается необычно. Судья почему-то заставляет Шмитбергера отойти от адвоката и сесть на стул ближе к центру зала – так, чтобы его все хорошо видели. Потом, во время перерыва, подсудимый, наверное, об этом немало пожалеет: пострадавшие начнут его обстреливать вопросами со всех сторон.
- Обвинение понятно? Вину признаете?
- Нет, конечно. Не признаю в полном объеме.
Адвокат Олег Любушкин приходит на помощь подзащитному. По мнению юриста, есть как минимум два довода, по которым стоит оправдать его доверителя. Во-первых, по версии подсудимого, Ратько набрался водки уже на борту: Шмитбергер попросту не мог предвидеть криминал на берегу. Во-вторых, в уголовной статье говорится об оказании услуги, а Шмитбергер их не оказывал: кораблем управлял Ратько – авария произошла из-за капитана.
На втором заседании пострадавшие и родственники тех, кто погиб, стали предъявлять иски о возмещении вреда
Фото: Татьяна ЭЙХМАН. Перейти в Фотобанк КП
Осужденного снова хотят допросить
Мнимая трезвость Ратько на берегу – это ключевая идея всего процесса. Первым делом Любушкин добивается того, чтобы провели наркологическую экспертизу. Как считает адвокат, сделать такое исследование можно даже спустя год – для этого нужны только старые медицинские документы. Но в новой экспертизе защите пока отказывают.
Любушкин пытается узнать у каждого свидетеля, сильно ли пахло от рулевого во время круиза. Ведь если запах был неслабый – можно смело делать вывод, что капитан приложился к бутылочке уже на корабле.
Впрочем, многим свидетелям в тот день было не до Ратько, а Шмитбергера и вовсе мало кто помнит.
- Поднялся этот мужчина на корабль, - указывает на него потерпевшая Анна Десятова, давая короткие объяснения. – Был в белых рубашке и кепке. Когда вышел с судна на берег, я обратила внимание, что он был очень рассержен. Очень!
52-летний мужчина в очередной раз извинился перед родственниками погибших и пострадавшими
Фото: Татьяна ЭЙХМАН. Перейти в Фотобанк КП
- Средний запах алкоголя от него исходил, - вспоминает ее муж Петр Десятов. – Чувствовалось, что это человек, который недавно выпил.
Многие участники процесса сходятся во мнении: на допрос нужно вызвать самого Ратько. Осужденного можно этапировать из колонии и привезти в суд под конвоем.
ИЗ ПЕРВЫХ УСТ
«Фляжечку взял – глотнул и давай куражиться»
«Комсомолка» взяла интервью у подсудимого Андрея Шмитбергера и его адвоката Олега Любушкина.
- Андрей Олегович, можете объяснить, что произошло перед рейсом?
А. Ш.: Я оказался там совершенно случайно. У меня был выходной день.
- Зачем тогда пришли в порт?
А. Ш.: Вы, может, не поверите, но я человек коммунистической закалки. Прошел большой путь от курсанта до замгендиректора. Пришел ради интереса. Просто привык ответственно относиться к своей работе. Была информация, что на борту оказался лишний человек. Подошел к Ратько, говорю: «Ну, под твою ответственность». Но он был трезв. Абсолютно. Его видели дежурные по причалу. Все видели. Он нес стул, проходил через толпу пассажиров.
О. Л.: Медицинский осмотр должен был проходить утром. Но утренний рейс отменили. И Ратько попросту не осмотрели.
- Есть приговор, вступивший в законную силу. Есть показания Ратько, который, как я понимаю, говорил, что выпил накануне рейса.
О. Л.: Следствие и Ратько продвигают ту версию, которая им выгодна. Представляете, что было бы, если бы он признался, что пил во время рейса?! Это скандал грандиозный. Это усугубление вины… Все было в рейсе. Он фляжечку взял, глотнул и давай куражиться. Вспомните, как все было. Он маневрировал, экспериментировал, кидал теплоход из стороны в сторону… Кураж!
- Как отнеслись к этому обвинению в Омском речном порту, вы же продолжаете там работать?
А. Ш.: - Да, но меня сильно понизили в должности. Я теперь обычный охранник.