Общество
Эксклюзив kp.rukp.ru
13 сентября 2021 11:43

Защищала ребенка от садиста, издевавшегося над ней 17 лет: В Омске тихую пенсионерку отправили в колонию на 6 лет за удар ножом

В этом году женщине исполняется 60 лет, и вынесенный приговор для нее фактически - смертный
Сейчас Татьяну Шилову уже этапировали в новосибирскую колонию, внучку отдали почти чужим людям.

Сейчас Татьяну Шилову уже этапировали в новосибирскую колонию, внучку отдали почти чужим людям.

Это произошло 11 октября 2020 года. Жительница Омска Татьяна Шилова в ответ на пьяную брань своего мужа Сергея Лихачева оскорбилась и умышленно ударила его кухонным ножом в грудь. В больнице потерпевший скончался. Так выглядит эта житейская история с точки зрения следствия и суда. Казалось бы, все банально просто. Однако, если внимательно проанализировать обстоятельства преступления, все становится не так очевидно.

ДАЖЕ НЕ УСПЕЛА ОПРЕДЕЛИТЬ СУДЬБУ ВНУЧКИ

Уголовное дело поступило было возбуждено 17 ноября 2020 года, а уже 13 января 2021-го передано в суд. То есть к случившемуся у следствия особых вопросов не было, для них все было понятно. На ходатайство стороны защиты, где были указаны многочисленные нестыковки и пробелы, следователь Белова в этот же день прислала ответ: отказать по всем пунктам. История 60-летней Татьяны Шиловой, которая обвинялась в убийстве своего мужа, легко уложилось в обычное шаблонное преступление. Желание адвоката разобраться в деталях и указать на нюансы случившегося у суда и следствия вызывало лишь раздражение. Поэтому, полностью согласившись с версией следствия, по-быстрому признал Татьяну Михайловну виновной и приговорил к 6 годам лишения свободы.

В следующем месяце женщине исполнится 60 лет. У нее множество хронических заболеваний, она с большим трудом, на таблетках, перенесла судебные заседания. Такой срок для безропотной и запуганной мужем пенсионерки - фактически смертный приговор. 3 июня сразу в зале суда ее, как опасного рецидивиста, заковали в наручники и отправили в СИЗО. По мнению силовиков, за время, пока обжалуется приговор, Шилова способна сбежать. Все произошло настолько скоротечно, что женщина даже не успела определить судьбу 9-летней внучки, для которой была единственным опекуном. Тихая домашняя девочка столкнулась с угрозой детского дома.

Маленькая Настя стала единственным смыслом жизни и отдушиной для бабушки.

Маленькая Настя стала единственным смыслом жизни и отдушиной для бабушки.

ПОХОРОНИЛА ПЕРВОГО МУЖА И ДВОИХ ДЕТЕЙ. ОСТАЛАСЬ ТОЛЬКО ВНУЧКА, РАДИ КОТОРОЙ ЖИЛА

«Комсомольская правда в Омске» пообщалась с обеими сторонами этой страшной истории - сестрой Татьяны Шиловой Натальей Саранской и братом убитого Сергея Лихачева Виктором Принцем. С самой заключенной поговорить не получилось, ее уже этапировали из Омска в новосибирскую колонию. Мы будем приводить ее позицию, ориентируясь на показания, которые она давала во время судебных заседаний и при общении с психологом (См. ниже: «Из заключения эксперта»).

Татьяна Шилова родилась в небольшом селе Омской области. У нее есть еще младшие брат и сестра. Женщина вспоминает, что в их семье даже не знали, что такое алкоголь. Папа до сих пор для всех троих остается идеалом мужчины.

В 1990-е семья Шиловых, как и многие в стране, столкнулась с финансовыми проблемами. Ковровую фабрику, где работала Наталья, закрыли. Выживали как могли. В 1998 году все стало гораздо хуже - трагически погиб первый супруг Татьяны. В 2003 году старший сын Саша ушел служить в Чечню.

В этот момент Татьяна познакомилась с Сергеем Лихачевым. Тихий и приветливый человек, работяга, который так внимательно слушал и, вроде бы, сопереживал ей, показался потерявшей в себе уверенность от горя женщине идеалом.

В 2005 году сын вернулся из армии совсем другим человеком. Год боролся с тяжелой депрессией после увиденного и пережитого в Чечне. Но не справился и в 2006-м свел счеты с жизнью. Причем сделал это на глазах у матери. И почти сразу на Татьяну обрушилось новое, уже неподъемное горе. Младшая дочь Наталья влюбилась в наркомана. Очень скоро начала употреблять вместе с ним. В 2007 году вышла за него замуж.

В надежде, что у молодых еще все наладится, мать оставила им квартиру и перебралась в частный дом к Лихачеву. И вот тогда, поняв, что сожительница теперь от него зависит, Сергей начал показывать свое истинное лицо. Первым - но уже очень громким сигналом - стало происшествие после корпоратива на работе мужа. Лихачев тогда впервые сильно набрался, уже не стесняясь спутницы. При посторонних людях держал себя в руках, а когда остались они одни, сильно избил. На следующее утро даже не смог вспомнить о происшедшем и начал каяться. Но с этого момента избиения стали повторяться почти каждый раз, когда он напивался. Татьяна пытается «спасти» человека, которого любит. Они регистрируют брак. Шилова верит, что официальный статус отношений как-то изменит Сергея. Но становится только хуже.

КОГДА СПРАШИВАЛИ, ОТКУДА СИНЯКИ, ГОВОРИЛА, ЧТО УПАЛА С ВЕЛОСИПЕДА

- И я, и другие коллеги не раз видели у нее на лице синяки, - вспоминает заведующая детским садом № 356, где работала Татьяна, Любовь Асташина. - Она сильно смущалась, когда мы ее спрашивали, откуда они появились. Придумывала какие-то нелепые объяснения: то сама ударилась, то упала с велосипеда. Впрочем, я видела, как раболепно она общается с мужем, как боится его. Все и так было понятно. Как-то она мне созналась, что это действительно Сергей ее избил. Но сразу отрезала: это моя жизнь, я с этим разберусь, не вмешивайтесь.

Со своей бедой Татьяна пыталась справиться сама. Рядом не было ни одного близкого человека. У младшей сестры Натальи своя семья и такая не похожая на ее - счастливая жизнь. О пьющем муже-дебошире даже близким Шиловой рассказывать стыдно, невозможно. И особенно пронзительно читать в показаниях, когда Татьяна даже во всем случившемся ужасе смогла увидеть свет. Женщина призналась психологу: рада, что это горе позволило ей открыться, сблизиться с сестрой, которая теперь искренне за нее переживает. И боялась, что все станет по-прежнему, когда закончится суд.

«НЕСКОЛЬКО РАЗ ТАК СИЛЬНО ИЗБИВАЛ, ЧТО ТЕРЯЛА СОЗНАНИЕ»

Из интервью с сестрой Татьяны Шиловой:

- Я догадывалась, что в семье сестры происходит что-то плохое, - рассказывает Наталья Саранская. - Конечно, видела синяки. Видела ее всегда испуганные глаза, когда она смотрела на Лихачева. Но она все скрывала, пыталась изобразить, что у них все отлично. Я делала вид, что верю - чтобы ее не ранить. Уже потом, когда возбудили уголовное дело, мы с ней, наконец, поговорили, и она мне все рассказала. Такого ужаса я даже не предполагала. Они жили в частном доме, во дворе стояли вилы. Один раз Сергей напился и бегал с ними за ней. Она спряталась в кустах малины и так всю ночь там просидела, боясь пошевелиться. Ждала под окнами, пока он уснет. Однажды они с внучкой закрылись от него в комнате, он начал бить по двери топором, пытаясь прорваться внутрь. Эта изрубленная дверь так до сих пор и осталась в их доме. Или мог среди ночи поднять ребенка и с криками и матами усаживал за стол. Заставлял «делать уроки». Слезы, уговоры и заверения, что все сделано и завтра рано вставать в школу, на него не действовали. Несколько раз он так сильно разбивал Татьяне голову, что она теряла сознание. Но все терпела, скрывала. Переживала, что об этом доложат на работу, и у Сергея будут проблемы.

В это же время в жизни Татьяны случилось новое горе. Выяснилось, что непутевая дочь и ее муж, не просто употребляли, но и начали торговать наркотиками. Супруг, бросив все, сбежал и успел скрыться за границей. Молодую женщину судили и отправили в колонию. Уже в заключении выяснилось, что Наташа беременна. Там же родилась девочка Настя. Освободившись, дочь Татьяны какое-то время держалась ради ребенка. Но через пару лет снова сорвалась. Как-то раз - нечаянно или специально - она поставила себе наркотики через грязную иглу. И вскоре умерла от заражения крови.

В доме, где жили супруги до сих пор осталась дверь, изрубленная топором.

В доме, где жили супруги до сих пор осталась дверь, изрубленная топором.

В доме, вообще, много следов, оставшихся после пьяных дебошей хозяина.

В доме, вообще, много следов, оставшихся после пьяных дебошей хозяина.

Также фото из дома Лихачева.

Также фото из дома Лихачева.

НЕ ОБРАЩАЛАСЬ В ПОЛИЦИЮ - БОЯЛАСЬ, ЧТО ОПЕКА ЗАБЕРЕТ НАСТЮ

Татьяна забрала внучку, и эта маленькая пятилетняя девочка стала главным смыслом жизни и отдушиной для настрадавшейся женщины. Бабушка старалась оградить ее от ада, в котором жила сама. И у Насти действительно было все лучшее.

- Я была поражена, когда впервые увидела ребенка, - рассказывает адвокат Татьяны Шиловой Наталья Романовская. - Это просто маленькая английская принцесса - с хорошими манерами, развитой речью. Красивая и ухоженная девочка. Бабушка даже уволилась с работы, чтобы полностью посвятить себя воспитанию внучки, ходила на все родительские собрания, водила ее на кружки. У нее осталось множество благодарственных писем из школы. Только положительные отзывы от директора и учителей школы, где училась Настя.

В это же время муж Татьяны напивается почти каждый день и систематически ее избивает. Теперь уже в полной уверенности, что ему за это ничего не будет. Жена уволилась и стала зависима от него еще и финансово. Весь ее доход - это пенсия в 12 тысяч рублей.

Из интервью с сестрой Татьяны Шиловой:

- Лихачев почувствовал свою полную безнаказанность, - рассказывает Наталья Саранская. - Понимал: вызовет полицию, все станет известно опеке. Опека может забрать Настю из-за неблагополучной обстановки в семье. И Татьяна будет терпеть все, что угодно, лишь бы этого не произошло. Причем он такой тихий садист. Каждый раз перед тем, как начать избивать, запирал двери в доме, чтобы никто посторонний случайно не зашел и не увидел, что он творит. Он, вообще, был странный человек. Авторитетом среди мужчин он не пользовался.

«ДЕРЖАЛ НА ВЕСУ РЕБЕНКА И ГРОЗИЛСЯ СКИНУТЬ С БАЛКОНА»

Значительно позже выяснилось, что у Лихачева есть первая жена, с которой он развелся, и ребенок от первого брака. Однако информацию о причинах развода и отношениях в первой семье суд приобщать к делу отказался. Как и показания многочисленных свидетелей о том, что он избивал вторую жену. Поскольку факты побоев зафиксированы не были, их сочли недоказанными.

Из интервью с сестрой Татьяны Шиловой:

- Первая семья Лихачева живет в Иркутске, - продолжает Наталья Саранская. - Когда Татьяна спрашивала мужа, почему он развелся, Лихачев рассказал грустную историю, что жена его предала, найдя более перспективного мужчину. Сестра поверила ему и даже сочувствовала. Только когда во время суда в Омск приехал сын Лихачева, выяснилась правда. Сейчас это уже взрослый молодой человек. Он говорит: «Я ненавижу отца! Единственное, что о нем помню, как он пьяный держал меня на весу и угрожал скинуть с балкона». Выяснилось, что Лихачев пил и тогда. А в один вечер, просто собрал чемодан и выставил жену с 6-летним ребенком за дверь - в никуда. При этом сам остался жить в их общей квартире. Сын Лихачева категорически отказался от того, чтобы его признали потерпевшим. Ничего общего с отцом он иметь не захотел, даже после его смерти.

Тем временем Татьяна Шилова решила забыть о своем прошлом. Она продает квартиру первого мужа, где умерли три ее близких человека, где все страшно и тягостно. Покупает жилье в новостройке, делает там хороший ремонт. Квартира недалеко от дома, где они живут с Лихачевым. Теперь это ее убежище, уголок покоя, куда можно скрыться в случае опасности. Расстаться с мужем у нее все еще не хватает сил. Каждый раз, когда есть вероятность, что Сергей придет домой пьяным и устроит дебош, они вместе с внучкой прячутся в этой квартире. Лихачев, будучи трезвым, даже как-то по-своему сочувствует жене. Он беспрекословно соблюдает эту их договоренность и никогда не заходит в квартиру Татьяны. Это только ее территория. Приходя в свой дом, он укладывался спать. А наутро, протрезвев, становился опять обычным человеком. Даже баловал внучку, покупая ей все, что та попросит.

Из интервью с сестрой Татьяны Шиловой:

- Наверное, сначала у него проснулись какие-то родительские чувства. Он пытался дать Насте все то, чего не смог сделать для родного сына. Искупал вину перед ним так, наверное. Но он и здесь вел себя странно. Просил, чтобы внучка назывался его «Серега», относился к ней как к приятельнице. А, когда выпивал, выходил на улицу и бегал вместе с местными мальчишками, как будто он их ровесник. В общем, уже пожилой человек так и не вышел из подросткового возраста. Мы всегда терялись в догадках, что это такое. Брат Сергея Виктор относится к близким еще хуже. Например, при нас как-то жена попросила его не пить больше. Он разозлился и в ответ вылил ей на голову всю бутылку с пивом. Или как-то швырнул на пол тарелку с едой, потому что ему не понравилось, как приготовлено. К своему ребенку обращается так: «Животное, иди сюда!». Он хоть и младший брат, но Сергей им восхищался, считал, что так должен вести себя «настоящий мужик», пытался подражать (См. подробнее: Звонок брату погибшего).

БОЯЛАСЬ, ЧТО СНОВА ПОТЕРЯЕТ СОЗНАНИЕ, И НАСТЮ УЖЕ НИКТО НЕ СМОЖЕТ ЗАЩИТИТЬ ОТ ПЬЯНОГО ДЕДА

За эти 17 лет Татьяне удалось создать хотя бы видимость счастливых отношений, к которым она так стремилась. Все оборвалось 11 октября прошлого года. Накануне отмечали ее день рождения. Но Лихачев совсем недолго посидел за общим столом в их доме. Вскоре он молча встал и пошел в соседнюю комнату, где его никто не мог видеть. Там сидел один и тихо пил водку. Когда именинница проводила гостей, муж уже валялся на полу в бессознательном состоянии. Идти в свою квартиру было поздно, Сергей не проявлял агрессии. Поэтому Шилова решила остаться, ничего не опасаясь. На следующее утро, проспавшись, Лихачев ушел на работу.

Но ближе к вечеру Татьяна начала беспокоиться - муж не отвечал на звонки. Все говорило о том, что у него начался очередной запой и домой он придет пьяным и злым. В сильнейшем напряжении женщина, готовая кинуться на выход при первом приближении мужа, провела несколько часов. Когда Лихачев не явился домой к девяти вечера, все стало ясно. В десятом часу Татьяна собрала Настю, они пошли в свое «убежище». И там женщину ждало новое потрясение, выдержать которое ее психика уже не смогла.

Шилова попыталась открыть квартиру, но та была заперта изнутри. Дверь отворил пьяный Лихачев. У Татьяны от волнения и ужаса все поплыло перед глазами. Но вести обратно уставшего ребенка у женщины уже не было сил. К тому же она была почти уверена: Сергей придет в их общий дом следом за ними. В отчаянии она шагнула через порог.

- Иди в комнату и закройся там, - сказала она внучке, все еще надеясь избежать конфликта.

Молча пошла на кухню помыть и почистить ребенку яблоко, чтобы покормить Настю перед сном. Но муж был в том самом «героическом» настроении, которое ее пугало до ужаса. Он сообщил, что имеет право жить, где хочет, и будет теперь приходить и сюда. Муж продолжал скандалить. Заявил, что Татьяну надо давно «уничтожить». Потом вспомнил про Настю и начал кричать при ребенке, что ему такая обуза не нужна, он уже старый, чтобы содержать чужого ребенка, требовал от нее избавиться. Чтобы придать словам большей убедительности, начал кидаться на жену и размахивать перед ней руками. Уже потом в разговоре с психологом она объяснит, что просто обезумела от страха - уже не за себя. Если муж начнет ее бить по голове и она потеряет сознание, Настя, которая спряталась в комнате, останется одна с агрессивным и невменяемым Лихачевым и защитить ее или хотя бы принять удар на себя будет некому.

Она в ужасе перед очередными побоями, пригнула голову. Со словами: «Не подходи!» она вслепую начала махать рукой с ножом, чтобы хоть как-то себя защитить. Тем самым, которым она срезала кожуру с яблока. Женщина толком не помнит, что произошло дальше и как пьяный муж наткнулся на выставленный нож. Татьяна решилась поднять голову, только увидев, что Сергей сползает вниз по дверному косяку. На его одежде появилась кровь.

- Вызывай скорую и спрячь нож! - сказал он Татьяне.

Та зашла в комнату и попросила внучку вызвать медиков. Саму Шилову трясло так сильно, что она даже не могла набрать номер. Потом на автомате зачем-то пошла на балкон и спрятала там нож, как потребовал муж. Шилова слушалась его даже в этот момент. Впрочем, умысла скрывать что-то у нее не было. Приехавшей бригаде медиков женщина сказала, что это она ранила супруга со время ссоры. А приехавшим на место полицейским сразу показала, где лежит нож.

«ДАВЛЕНИЕ БЫЛО ЗА 200. ПОДПИСАЛА ПОКАЗАНИЯ, НЕ ГЛЯДЯ»

На следующий день она дала признательные показания. То есть, подписала то, что за нее написала следователь.

- У меня было давление за двести, даже скорую пришлось вызывать. Я очень боялась следователя. А пришла такая милая девушка. Поговорила со мной, успокоила. Сказала, что все будет в порядке. Я ей как-то доверилась, и она написала все сама, как поняла с моих слов, - после расскажет Шилова. - Так волновалась, что все буквы перед глазами прыгали, я и не поняла толком, что там. Думала, надо подписать бумагу, раз говорят, такие правила. И подписала, признав фактически умысел.

В итоге эти показания и стали главным доказательством вины. Татьяну Шилову судили по самой тяжкой, четвертой, части статьи 111 УК РФ (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью). Для понимания: в этой статье установлен максимальный размер наказания - до 15 лет, минимума нет. То есть, предусмотрена возможность с учетом обстоятельств дела, выяснив истинную роль обеих сторон, проявить мудрость и милосердие. Однако судья Неделько, по мнению стороны защиты, ни в чем разбираться не стал. Мнение специалистов в области психологии и судебной медицины суд не стал принимать во внимание.

Вывод поражает отсутствием логики. Из текста приговора буквально следует, что пожилая женщина, которая за свою многострадальную жизнь повидала и вытерпела многое, услышав пьяную брань мужа, вдруг так обиделась, что будучи в трезвом уме и здравой памяти, умышленно ударила супруга ножом «с целью причинения тяжкого вреда здоровью, не предвидя общественно-опасных последствий в виде смерти Лихачева С.Н., хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия.

ПРИГОВОР

Примечательно, что при расследовании этого уголовного дела были допрошены только свидетели обвинения. «Свидетелей защиты нет», говорится в материалах, переданных в суд. Но из материалов уголовного дела видно, что следователь Белова отказалась объективно изучить личность Шиловой и допросить всех свидетелей. А ведь это помогло бы разобраться в сути происшедшего и установить истинные причины трагедии. Расследование ограничилось рамками информации о том, что Шилова ранее не судима, не военнообязана, не замужем (это первая неточность), участковым характеризуется хорошо и безработная. Информации о том, что женщина находится на пенсии и о месте ее прежней работы не никакой.

И только во время судебных разбирательств адвокату удалось добиться, чтобы допрос свидетелей защиты состоялся. Их было много. Это соседи Татьяны Шиловой, директор и другие сотрудники садика, где она работала, а также представитель опеки, директор и педагоги школы, где училась ее внучка. Все отзываются о подсудимой как о добром, робком и совершенно неконфликтном человеке. Что точно никак не вяжется с версией о беспричинной вспышке ярости и припадке самолюбия, из-за которых Шилова «напала» на мужа. Но даже и здесь суд подошел избирательно: характеристику Шиловой, данную заведующей садиком, включили в материалы дела. Однако профессиональное заключение Ольги Онищенко - кандидата психологических наук, специализирующегося именно на юридической психологии, со стажем 26 лет, из которых 13 - в качестве эксперта - рассматривать отказались дважды.

При этом сторона защиты настаивала: случившееся с Шиловой - почти как в учебнике - точно попадает под статью 113 УК РФ (причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное в состоянии аффекта). Но оценить, было ли это состояние аффекта, может только специалист с соответствующим образованием, которого нет ни у следователя, ни у судьи. (подробнее см. «Официально» ). Однако в приговоре значится: Шилова не состоит на учете в наркологическом и психиатрическом диспансере, следовательно никакая экспертиза для оценки ее состояния в момент преступления не требуется.

У представителей защиты нет сомнений в психическом здоровье подсудимой и теперь уже заключенной Шиловой. Иначе опека ей просто не доверила бы ребенка. Состояние аффекта может случиться и у абсолютно вменяемых людей. Однако только специалист, применяя специальные тесты, оценивая личность и состояние человека, может его определить. И отказ в исследовании этих материалов - это не формальный недочет. А отказ в праве на полноценную защиту. Речь идет о принятии решения, которое навсегда изменит судьбу человека. Даже двоих.

Бабушка сумела оградить внучку от ужаса, в котором жила сама.

Бабушка сумела оградить внучку от ужаса, в котором жила сама.

НАСТЯ СМОГЛА ПРОЖИТЬ В ШКОЛЕ-ИНТЕРНАТЕ ТОЛЬКО ДВА ДНЯ

9-летнюю Настю - совершенно тепличный цветок - уже вырвали из привычной среды. Кроме того, что лишили единственного близкого человека, который готов пожертвовать для нее жизнью, девочку забрали из прежней школы, где остались все друзья, где ее любили и знали. И сначала передали в школу-интернат № 2. Это стало для ребенка абсолютным шоком.

Из интервью с Натальей Саранской:

- Сначала, когда Татьяну так внезапно увезли в СИЗО, я забрала Настю к себе домой - потому что больше было идти некуда. Мы обсудили возможную опеку над ней с мужем и поняли: просто не потянем. Мы воспитали собственных детей, подняли их на ноги, дали им образование. У нас уже четверо внуков. Супруг сказал, что он не готов брать ответственность еще и за чужого для него ребенка. Мы уже в возрасте, объективно оцениваем ситуацию и понимаем, что не справимся. У нас на руках еще мама, ей 85 лет. Она прикована к кровати, а история с Татьяной ее чуть не убила. Сейчас дать Насте все, что требуется ребенку, мы не сможем. Я на первое время решила определить ее в школу-интернат: 5 дней она бы жила там, на выходные приезжала к нам. Но Настя там пробыла только два дня - 1 и 2 сентября. Мы пришли в ужас от обстановки и окружения. Я ее, конечно, забрала. И тут как будто судьба нам послала нашу дальнюю родственницу. Ей 47 лет, она завуч в школе. Семья живет в поселке под Омском в просторном доме. Они уже брали на воспитание детей и очень захотели взять Настю. Я пообщалась с этой женщиной, она добрейшая. Кроме того, Настя туда часто ездила в гости, знает там всех детей. Она сразу освоилась.

- А про бабушку вспоминает?

- После случившегося практически у нее на глазах мы с ней ездили несколько раз к психологу. Сейчас специалисты говорят, что особой травмы у нее нет, дети быстро адаптируются. Про бабушку она почти никогда не говорит. Но я поняла, как ей тяжело без нее после недавнего случая. Сестра мне уже несколько раз звонила - уже из колонии. В последний раз я ей говорю: «Давай передам телефон Насте?». Она все боялась, что начнет плакать, когда услышит голос своего ребенка. Но когда-то же надо переступить через себя, дальше будет еще тяжелее. Татьяна услышала голос внучки и начала рыдать. Настя отдала мне телефон. Сидит, не шевелится, даже не слышит меня. Поворачиваю ее к себе, а у нее все лицо в слезах и пошло красными пятнами от нервов. Я спрашиваю: «Ты чего?». Молчит. Говорю: «Из-за бабы?». Кивает головой. Оказывается, бабушка пообещала, что они снова увидятся и уже больше не расстанутся, когда внучке исполнится 13 лет. Она надеется выйти на свободу раньше за хорошее поведение. Настя посчитала, поняла, что это почти половина ее нынешней жизни, и от этого так горько расплакалась. Потом как-то подошла и говорит: «Можно я теперь тебя буду бабой звать?». Очень она тоскует, наверное, только не знает, как это выразить словами.

БРАТ ПОГИБШЕГО ПОТРЕБОВАЛ ОТ ШИЛОВОЙ КОМПЕНСАЦИЮ В 8 МЛН

Кроме большого срока заключения Татьяну Шилову обязали выплатить потерпевшему, которым признали брата погибшего, еще и огромную компенсацию. И это несмотря на то, что женщина добровольно выплатила ему 150 тысяч рублей на организацию похорон Сергея Лихачева.

Его брат, Виктор Принц, изначально и вовсе требовал 8 млн рублей. В итоге суд остановился на компенсации в 1,5 млн.

Сторона защиты пыталась обжаловать решение Октябрьского районного суда, подав апелляцию. Дело направили на пересмотр, но приговор оставили без изменения. Кстати, в даже в официальных документах - первом и втором решениях суда - есть довольно много разночтений. Например, во втором случае почему-то указано, что преступление случилось после дня рождения - но не Шиловой, а ее мужа Лихачева. При этом даже адрес фактического проживания подсудимой был указан неверный. И таких показательных нестыковок там много.

Кроме того, по мнению адвоката, не установлена окончательно и причина смерти Лихачева. Дело в том, что сразу после случившегося его привезли в БСМП-1, где провели операцию, перелили кровь и стабилизировали состояние. Возможно, исход был бы другой, но через несколько дней появились осложнения. Началось воспаление в области раны. В ходе обследования МСКТ установлено, что у пациента «во всех видимых отделах определяются участки инфильтрации по типу матового стекла». Помимо прочего ему поставили диагноз «внебольничная двусторонняя полисегментарная пневмония, вероятно ассоциированная с COVID-19». Позже этот диагноз подтверждается неоднократно. Однако в заключении эксперта Бондаренко Е.А. нет ни слова о том, проводилось и проводились ли лечение от пневмонии. Указана просто причина смерти - полиорганная недостаточность. То есть, органы начали отказывать один за другим, как бывает и при коронавирусе. Эксперт не дифференцировал две конкурирующие причины смерти, выборочно и произвольно приводя в своем заключении материалы судмедэкспертизы. Защите было отказано, как в получении медицинских документов в полном объеме, так и в проведении повторной комиссионной судмедэкспертизы.

Адвокат Шиловой сейчас готовит документы, чтобы идти дальше и добиваться справедливости в суде высшей инстанции. Шансы, что там не встанут по инерции на сторону коллег и все-таки более внимательно изучат все детали дела, все еще остаются. Пенсионерка готова бороться ради любимой внучки.

История, безусловно, грустная. Столкнуться с равнодушием тех, от кого зависит ее судьба, и оказаться в подобной ситуации без грамотной правовой поддержки может любая женщина, столкнувшаяся с домашним насилием.

ЗВОНОК БРАТУ ПОГИБШЕГО

«Брат выпивал. А как еще стресс снимать?»

Потерпевший Виктор ПРИНЦ:

- Что вы хотите от меня услышать, вы же защищать Шилову в статье собираетесь? - начал разговор наш собеседник.

- Именно потому, что у нас нет какой-то определенной позиции, я и хочу узнать вашу точку зрения на ситуацию. Можете рассказать все, что считаете нужным, мы это опубликуем.

- Виновата ли Шилова в случившемся? А какие еще могут быть сомнения. Она вон первого мужа и двоих детей своих угробила. Это разве хороший человек, по-вашему? Но у вас же, конечно есть слезливая история про маленькую девочку-сиротку, которая теперь осталась без бабушки.

- Мне в большей степени интересно, какие, на ваш взгляд были отношения между Шиловой и вашим братом. Вы не замечали никаких проблем? Может, брат жаловался?

- Да хорошие были отношения. Брат у меня тихий, спокойный.

- Выпивал?

- Вот вы все бабы такие - под кожу стараетесь залезть. Вы мне зачем провокационные вопросы задаете?

- Ваш брат пил и кодировался, насколько я знаю. Но потом сорвался?

- Ну выпивал, как и все нормальные люди. И со мной вместе выпивал. Я вот тоже 1,5 литра пива в день выпиваю. Так это только так, для вкуса. Мне бригадир все время говорит - «алкоголик». Ну какой я алкоголик?! А как еще стресс снимать?

- У вас очень нервная работа?

- А вы как думаете - по вахтам ездить? Когда живем по месяцу четыре мужика в одной комнате?! Что еще делать? А Сергея постоянно жена пилила: «Зачем пьешь?». При мне как-то подошла и спрашивает. Представляете? Да, если на его месте был, да еще она на меня руку с ножом подняла, я бы ее пинками с 13 этажа спустил из этой ее квартиры. Все ребра бы переломал. А Серега - теленок, колбаса... Все терпел. Очень спокойный был человек.

- Вы же не сразу узнали о его смерти?

- Я был в командировке в Братске - работаю вахтами, занимаемся ремонтом и заменой лифтов. Сергей перестал выходить на связь. Я звоню его жене. Говорит: «Да он в больницу с грыжей попал, ничего страшного». И так врала мне три недели, пока он лежал в реанимации. Но зачем вот она врала? Ясно же, думала все скрыть и уйти от ответственности, списать все на ковид. Но суд не обманешь, там разобрались.

- Может быть, она просто не знала, как вам сказать об этом, боялась?

- Да я бы узнал, примчался бы в Омск, мы бы лучших врачей подключили. У меня родственники в медицине работают. Спасли бы брата. Тогда, может, я бы и простил ее, если бы она мне правду сказала.

ИЗ ЗАКЛЮЧЕНИЯ ЭКСПЕРТА

«Анализ материалов дела и личности Шиловой указывает на наличие длительной психотравмирующей ситуации»

Проректор Федерального научно-клинического центра реаниматологии и реабилиталогии (г. Москва), доцент кафедры психологии и реабилитационных технологий, кандидат психологических наук Ольга ОНИЩЕНКО:

- Стремится отстоять собственную позицию ограничением контактов, пассивным противодействием. Наблюдается некоторая аутичность. [...] Диагностирование агрессивности показало низкий уровень физической агрессии [...]. Уровень вербальной агрессии низкий - избегает ругани, критики, угроз. [...] больше стремится к компромиссам и избегает конфликтов. Для нее характерно приспособление, она склонна приносить в жертву собственные интересы ради других людей. Уступчивая.

[...] выявляется проблема заниженной самооценки, чувство собственного несовершенства, повышенное чувство вины, комплекс неполноценности, что является признаком хронической дезадаптации. [...] Основная потребность - в понимании, любви, доброжелательном к себе отношении, она практически никогда не удовлетворяется, является фрустрируемой, что в значительной степени определяет зону психотравмирующего воздействия. Поэтому она сама старается окружить объекты ближнего круга заботой и любовью. Личные аспекты жизни определяются Шиловой Т.М. стремлением сохранить семью, она изначально склонна занимать зависимую позицию; проявляет выраженную ответственность за детей, болезненно реагирует на разлуку с близкими.

Отношение Шиловой Т.М. к Лихачеву С.Н. в период их совместного проживания характеризуется как созависимость. Такой тип отношений подразумевает наличие глубокой поглощенности и выраженной эмоциональной привязки к другому лицу. Созависимые отношения - это взаимодействие, при котором личность прекращает учитывать собственные стремления, потребности, забывает о собственной персоне, а все думы ее посвящаются лишь объекту страсти. Такое взаимодействие ставит под угрозу личностное самосовершенствование, саморазвитие, поскольку человек излишне эмоционально вовлечен в бытие партнера. По мере эскалации вовлеченности в созависимые отношения люди все больше утрачивают собственную индивидуальность, что приводит к невозможность близких «здоровых» отношений, основанных на автономности партнеров и взаимоуважении. [...] Термин созависимые отношения психология изначально применяла к парам и семействам, где один участник взаимодействия страдает от какого-либо пагубного влечения, например, игромании, алкоголизма. [...] Стремление сохранить видимость нормальной семьи и боязнь одиночества находятся в дихотомическом противоречии с тяжелыми переживаниями агрессии и унижений со стороны мужа. Индивидуальные личностные особенности и психотравмирующие ситуации, связанные со смертью первого мужа, сына и дочери, негативно сказались не только на психическом состоянии Шиловой Т.М. - невротический тип дезадаптации, но и на состоянии здоровья, в результате чего диагнозом стала стенокардия и гипертония. [...] Ретроспективный анализ ситуации, материалов уголовного дела, личности Шиловой Т.М. указывает на наличие длительной психотравмирующей ситуации, завершившейся внезапной встречей с Лихачевым С.Н., от которого она стремилась спрятаться в собственной квартире. Шилова испытала стресс и тревогу за себя, за внучку и за имущество, так как подобный опыт взаимодействия с Лихачевым С.Н. у нее уже был, и она знала, что Лихачев С.Н. в состоянии алкогольного опьянения агрессивен и не контролирует свое поведение. [...] Хроническая стрессовая ситуация, в которой находилась Шилова Т.М., влияла на формирование фрустрации, как негативного эмоционального состояния. Наличие внезапного испуга на фон указанных факторов может указывать на присутствие признаков кумулятивного (накопительного. - Прим. авт.) аффекта в действиях Шиловой Т.М.

ОФИЦИАЛЬНО

«Суд пренебрег всеми обстоятельствами, которые ставят под сомнение концепцию обвинения»

Адвокат Наталья РОМАНОВСКАЯ:

- Формальное указание в обвинении на признаки наличия прямого умысла в содеянном Шиловой Т.М. не подтверждается доказательствами. Более того, имеется информация, позволяющая защите настаивать на том, что Шилова Т.М. действовала в измененном психологическом состоянии и не в полной мере могла осознать характер своих действий и возможность наступления тяжких последствий. Мотив действий Шиловой Т.М. в виде «внезапно возникших неприязненных отношений» также нельзя считать установленным. Из показаний Шиловой Т.М. следует, что она вовсе не испытала «внезапную неприязнь» к Лихачеву С.Н., а была крайне напугана его неожиданным появлением в месте, где намеревалась вместе с ребенком спрятаться от Лихачева С.Н., который был пьян и в таком состоянии всегда вел себя агрессивно. Пребывая в состоянии сильного эмоционального напряжения, Шилова Т.М. действовала импульсивно. Однако при этом совершено очевидно, что доминирующим фактором, формирующим ее поведенческую реакцию, является не отношение к Лихачеву С.Н., а ответственность за воспитание малолетней, внучки, находящейся у нее под опекой. [...] Как видно из приговора, в основу описания событий преступления, а также выводов о виновности Шиловой Т.М. в инкриминируемом деянии, суд избирательно заложил те фрагменты ее показаний, которые в большей степени соответствуют версии обвинения. Причем некоторые существенные обстоятельства в приговоре вовсе не нашли своего отражения. [...] Суд пренебрег всеми обстоятельствами, которые ставят под сомнение концепцию обвинения.