Премия Рунета-2020
Омск
-6°
Boom metrics
Происшествия
Эксклюзив kp.rukp.ru
10 февраля 2024 3:00

В Омске 14-летний пасынок зарезал отчима из-за постоянных побоев

Парень вместе с матерью терпел унижения на протяжении 6 лет
Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Эта история про безнадзорность и насилие в семье. Причем насилие сразу двух видов – привычно больное, кулачное, и непривычно тихое – молчаливое безразличие. Какое страшнее, решать вам.

Беспризорность в чистом виде, когда у детей нет ни родителей, ни дома, и они вынуждены заниматься бродяжничеством, — это надводная часть айсберга, которая, по статистике полиции, в России практически растоплена. Куда тревожнее выглядит статистика, касающаяся детей безнадзорных. То есть тех, кто хоть и живет с родителями, но предоставлен сам себе. Несмотря на юный возраст, такие ребята постоянно общаются с криминальными личностями, совершают преступления и становятся жертвами воров, убийц и насильников. Ежегодно несовершеннолетние совершают около 50 тысяч преступлений. Из семей в специальные учреждения каждый год пропадает до 300 тысяч детей.

Жертвой безразличия собственной матери и семейного насилия со стороны отчима в 14 лет стал и безнадзорный Виталий. Парень пятый год отбывает тюремный срок в омской колонии общего режима. Ни много ни мало – за убийство. О том, как это случилось, он рассказала «КП Омску».

Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Материнское равнодушие

Парень жил с 6 лет в неполной семье – отец ушел, мать финансово тянула семью в одиночку. Работала обвальщицей в мясном цехе. Работа тяжелая, зато стабильная. Своя квартира, на подхвате – две бабушки. И все бы ничего, да только не могла, видимо, женщина проводить молодые годы в одиночестве, в их маленькую и совсем некрепкую с Виталиком семью вереницей потянулись сожители да отчимы. От одного из них, как показало время, наркомана с внушительным стажем, 30-летняя женщина родила дочь. Ребенок появился на свет с двигательными нарушениями и церебральным параличом. Хлопот в семье – хоть отбавляй: уход, почасовой прием таблеток, плановые осмотры и визиты в больницы, очереди за льготными средствами ухода и спецоборудованием. Виталик и мама отдалились еще больше.

Женщина компенсировала тяжесть ноши все теми же случайными связями в тщетных поисках главы семьи. Сын искал поддержки среди детей улиц, начал курить, выпивать и даже вдыхать пары химикатов – лишь бы быть волчонком новой стаи, агрессивной и, как казалось, сильной.

- Мы почти никогда не разговаривали с мамой, «привет-пока», ну так, спросит что-то вроде «ты ел?», «у бабушки был?», но по-настоящему откровенных разговоров никогда не было. Она и сейчас со мной не общается, в колонию не приехала ни разу. По телефону поговорили и все на этом, - рассказывает парень.

Не прошел в социум

Итак, трагедия в семью Виталика пришла, когда на пороге возник сожитель Вова. Из каких соображений 36-летняя женщина привела в дом с двумя детьми бывшего ЗК, отсидевшего в общей сложности 33 года, сказать сложно. Хотя в первые полтора года на смазанную биографию еще можно было закрывать глаза. В отчиме чувствовался контроль над семьей – он устроился работать фасовщиком на склад, исправно приносил зарплату домой, покупал, как положено, цветы и мороженое. А потом вдруг – новый надлом. Вову заела рутина. Семейные обязанности, сводить концы с концами – казалось, все это стало, хотя нет, наверное, и было, не про него. Жалкая попытка жить, как все с треском провалилась и провалилась уже навсегда. Пятидесятилетний мужчина уходил в многомесячные запои, с работы его уволили, даже в дни, когда водка заканчивалась, а денег не было на корку хлеба, он не спешил вставать с кровати. Лежал и ждал, когда с работы придет заботливая сожительница, накормит, напоит и положит на трюмо денег.

Затем начались конфликты: она сыпала упреками из-за мужской несостоятельности, он нашел свой лучший аргумент ввиду отсутствия других – лупцевал, что есть мочи, гражданскую супругу. Выбивал свою злость. И деньги на спиртное уже не просил, а силой вытаскивал из женской сумочки.

- Я не любил приходить домой, ночевал у бабушки или у друзей, не мог смотреть на то, как он валяется на диване и выпивает бутылку за бутылкой, а мать ходит вся в синяках, и на лице, и на теле, - пояснил паренек. – С каждым годом он срывался все сильнее и бил сильнее и больнее. Мать выгоняла его несколько раз, он все равно возвращался. Придет, сядет под дверь и никуда не уходит. Дождется ее с работы и ну – угрожать, что зарежет нас всех. Очень ему хотелось, чтобы мы по струнке ходили. Я тогда отпора ему дать не мог – мне лет 11-12 было, пытался, но он и меня приложить мог как следует, если лезу на рожон. Мать как-то взялась всерьез за дело – написала на него заявление. Ему, как бывшему ЗК, дали год надзора, и точка. А что толку? Никто нас не мог, как полагается, от него защитить. После он снова вернулся, а в рукаве – длиннющий мачете. Он нам так и сказал – пикнете еще раз – всех порешу.

На этом Вову все оставили в покое. Мать нашла новый объект для своих утех и в который раз не довела до решения серьезную проблему. А Виталик стал испытывать животный страх, причем не за себя, а за нее. Мальчишка понял, что жизнь матери под угрозой. Поведение отчима, который совсем с катушек съехал, только подтверждало его догадки.

Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Сначала была драка

- Однажды я искал папиросы под его подушкой – у него все было под рукой – и выпивка, и курево. Стал шарить на ощупь рукой, пока он спал, сначала наткнулся на бутылку. Достал, отложил в сторону. Пока искал пачку, он проснулся… Как бешеный подскочил и сразу на меня с кулаками. Потерял драгоценную для него бутылку и впал из-за этого в бешенство, думая, что ее кто-то унес. Он кинулся на меня, я пытался объяснить и даже показать, но он ничего не слышал. Пришлось отбиваться. Я понимал, что он мог меня и убить за бутылку, поэтому бил сам, - признается Виталий.

В результате этой схватки Вова уже сам пострадал серьезно, как, пасынок узнал только утром. После перепалки он убежал ночевать к бабушке, а утром пришла мать в слезах и рассказала, что у отчима всю ночь шла носом кровь, и челюсть сломана – мужчина не мог говорить. Полицию привлекать к семейным разборкам не стали. Но это-то и напугало Виталика еще больше. Он был уже настолько приучен к схеме – насилие за насилие, что ни на минуту не сомневался: отчим рано или поздно убьет здесь всех. Но сначала, когда выздоровеет, как истинный садист, порядком поиздевается – кулаками и криками.

Виталика в этот период перестали пускать домой, забрали у него ключи. Мать надеялась, столь примитивными способами призвать безнадзорного сына к азам хорошего воспитания, а сожителя – прекратить семейное насилие. Сама же закрутила очередной роман. Хватило на 9 дней. В роковой вечер, когда один из них выжил, наступил с приходом августа.

- Мы в тот вечер купались вместе на Иртыше, пили пиво. Потом я решил, что могу пойти домой и отоспаться там, а не бабушки. Да и, если честно, очень хотелось поговорить с отчимом, что-то доказать. Защитить мать, в первую очередь, - вспоминает заключенный 11 отряда одной из омских колоний Виталий.

14-летний паренек жаждал этой встречи, как никогда. Во-первых, он понял, что в состоянии дать отпор тирану и нанести ему не меньше вреда. Во-вторых, несмотря на полное безразличие матери к его жизни, терять все же близкого человека он не хотел. В-третьих, парень собирался показать равнодушному миру свою состоятельность и полезность – хоть в чем-то.

Вова сам открыл ему дверь и впустил. Сели, перекинулись парой слов. Отчим не мог сидеть – все тело болело с их последней встречи. Отправился в постель. А Виталик – на кухню, за ножом. Оружие мальчишка спрятал за спиной, пришел, сел рядом. Возможно, ожидал услышать раскаяние мужчины, который шесть лет подряд наводил свои порядки в семье Виталия. Жестоко и бесправно.

Сгубили отчима новые угрозы. Вместо извинений Вова снова начал сыпать угрозами в адрес матери. Кричал, что все ему здесь врут и все хотят его ухода, что убьет мать все равно, и в этот раз – за нового любовника. Виталик нанес два удара ножом и избавился от Вовы навсегда. Судмедэкспертиза показала, что было достаточно и одного – пасынок с одного удара попал в брюшную аорту.

До выхода на свободу Виталику осталось меньше двух лет. Суд назначил ему с учетом смягчающих обстоятельств и несовершеннолетнего возраста 5 лет и 6 месяцев срока на «малолетке» и в колонии общего режима. Все эти годы паренек наверстывает упущенное – учится, читает книги.

- Здесь я освоил уже 6 профессий – автослесаря, столяра, сварщика, стал швейником 3-го разряда. Много читаю книг по психологии, собираюсь изучить нотную грамоту. Мать со мной с тех пор не разговаривает. Сказала, я ей больше не сын, - скупо сообщил уже 19-летний паренек.

Он скоро выйдет на свободу и, наверняка, обзаведется своей семьей. Вот только какой она будет, если сам мальчик видел только побои отчима и равнодушие матери?

Больше всего на свете парень жалеет о содеянном - говорит, если отмотать время назад, ни за что бы не повторил сделанного. В стенах исправительной колонии осужденный увидел, что мог бы и раньше жить нормально - заниматься саморазвитием, читать книги и решать конфликты словесным способом, а не кулачным, делать что-то своими руками и направлять энергию в дело, а не разрушение. Показать было некому, к сожалению, кроме сотрудников колонии.

Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Фото: пресс-служба УФСИН России по Омской области.

Мнение специалиста

Старший психолог ФКУ ИК-8 УФСИН России по Омской области, майор внутренней службы Юлия Режепа:

- Очевидно, что эпизоды домашнего насилия чаще случаются в неблагополучных семьях, где члены семьи ведут асоциальный образ жизни, не трудоустроены, злоупотребляют алкоголем, имеют наркотическую зависимость и т.п. Однако и в благополучных семьях, такое случается. В семье, где один из членов имеет негативный жизненный опыт, искаженную модель поведения в браке, где супруг или супруга имеют чрезмерно выраженные лидерские, доминантные черты характера, которые не реализовались адекватным, социально приемлемым путем, а также члены семьи, которые, к сожалению, наделены деформированной системой ценностей, неправильными представлениями о детско-родительских отношениях.

С агрессором необходимо держать дистанцию, как в отношениях в целом, так и на физическом уровне, если вы видите, что человек в гневе, старайтесь максимально увеличить дистанцию, отдалиться от него, на позволительное территориально расстояние. Не поддавайтесь на провокационные высказывания агрессора, не вступайте в спор, не отвечайте аналогичным тоном. Сохраняйте внешнее спокойствие, не показывайте свое волнение, тревожные ощущения, напротив, демонстрируйте желание вести с ним диалог, решить возникшую проблему конструктивным способом. Здесь поможет язык жестов, можно слегка наклонить корпус тела вперед, развернуть плечи, немного доброжелательно улыбнуться, что будет способствовать расположению к себе агрессора и снижению его уровню ярости. Иногда следует согласиться, показательно встать на одну сторону с агрессором, погасить вспышку гнева.

В данной семье агрессор – мужчина, его поведение отлично это нам демонстрирует: применение физического насилия к матери и мальчику, угрозы в отношении членов семьи, стремление показать свою силу, власть и т.п.

Предотвратить конфликт можно было с помощью воздействия разных сторон. Активная защитная позиция матери в отношении ребенка, тщательный надзор правоохранительных органов, инициатива и предприимчивость педагогов и психолога образовательного учреждения и других служб, способных помочь и не допустить подобного рода ситуаций в отношении насилия ребенка.