Офицера Омского центра ВДВ осудили за наркотики

По словам следователей, Стрехолета постоянно били прикладом

Напомним: в начале года солдат-срочник 242-го учебного центра ВДВ в поселке Светлом Артем Стрехолет при странных обстоятельствах вылетел из окна 4-го этажа казармы. Военный следственный отдел начал проверку, возбудил серию уголовных дел, связанных с неуставными взаимоотношениями, в том числе из-за ситуации с Артемом.

По словам следователей, Стрехолета постоянно били прикладом. То в грудь, то в голову… Подозреваемый - младший сержант, тоже проходивший срочную службу. Роковое падение привело к тому, что Артем сломал позвоночник. На днях он вышел из госпиталя и поделился армейскими впечатлениями с «Комсомолкой». Как выяснилось, в отношении военнослужащих центра возбуждено уже около десятка уголовных дел. Их обвиняют в даче ложных показаний, превышении должностных полномочий и хранении наркотиков.

«Будешь говорить так, как мы тебе скажем!»

Передо мной, словно на плацу, вытянувшись как струна, стоит Артем. Сидеть он попросту не может - жуткие боли в позвоночнике до сих пор не прошли. Парень готовится еще к одной операции.

- Не знаю, почему возникли такие проблемы с сержантом, - говорит Артем. - Вроде все нормативы выполнял. Нормально служил. Особых неуставных традиций у нас не было. Правда, как-то сержант поймал меня на том, что расслаблен ремень. Начал бить. В тот день, когда я выпал из окна, сержант снова прицепился к ремню, принялся бить, говорил: «Пойдем со мной - будешь очки драить!» Я отказался.

Кто служил в армии, знает: там дисциплина жесткая. За малейшее отклонение от устава наказывают неслабо. Впрочем, это не повод для битья…

В день, когда произошел несчастный случай, Артем снова провинился. Якобы курил возле окна (Стрехолет говорит, что такого не было). Что произошло дальше - лично он помнит плохо. Во всяком случае, судя по словам парня, мысли о самоубийстве или нарочитом протесте его не посещали.

- Стоял у окна, потом потерял сознание, очнулся в помещении - толком не помню где, - говорит Артем. - Вокруг офицеры. Один из них пояснил: «Будешь говорить так, как мы тебе скажем! Ты стоял на 2-м этаже, курил. Сам встал на подоконник и выпрыгнул, когда тебя увидел офицер».

Стрехолет говорит, что, когда лежал в госпитале, к нему приходили офицеры. Намекали: если даст правдивые показания, окажется в дурдоме. Потом угрозы прекратились.

Круговая порука

Поначалу расследование шло на ура. Буднями омских десантников заинтересовались военный следственный отдел, прокуратура и даже Госнаркоконтроль. Сотрудники полиции провели свою проверку и уличили офицеров в хранении крупных партий наркотиков. По неофициальным данным, они же могли распространять наркотики и среди рядовых… В начале года на счету оперативников было пять уголовных дел, сейчас, говорят, их около десятка.

Но потом будни силовиков стали напоминать сюжет о каморре. Свидетели неожиданно принялись менять показания. Солдаты приходили на допросы с адвокатами, которые контролировали каждую реплику рядовых. В одной из закрытых групп ВКонтакте служивые развернули бурную дискуссию. Дескать, нельзя никого «сдавать» и позорить часть.

- Приходит на допрос десантник и говорит: «Меня на самом деле никто не бил… Голубой берет для меня святое… Ничего не скажу», - обрисовал ситуацию «Комсомолке» один из силовиков.

В последние месяцы, правда, удалось отдать под суд двоих офицеров и сержанта. Младший командир заработал за рукоприкладство срок в дисциплинарной части.

Старшему лейтенанту Борису Макарову за то, что избил рядового ногами, назначен штраф - 35 тысяч рублей.

Наконец, на днях за хранение наркотиков был осужден капитан Николай Сорокин, покупавший курительные смеси спайс. Ему дали 3 года колонии условно.

Приговор Макарову дал следователям новую надежду: по факту дачи заведомо ложных показаний было возбуждено уголовное дело против одного из солдат. Он, как считают силовики, намеренно врал, покрывая в ходе следствия офицера. Возможно, это переломит ситуацию с возможным повальным укрывательством преступлений.

Суды, однако, полностью вопрос с побоями не решают. Ведь офицеры, говорят, остаются в тех же казармах при тех же званиях и должностях. То есть решать боевые задачи при помощи кулака и сапога им особо никто не мешает.

«Комсомолка» готова предоставить слово и офицерам 242-го учебного центра ВДВ. Во время подготовки этого материала по телефонам воинской части никто не отвечал.