Ирина Роднина в Омске: « На Олимпиаде в Сочи такого успеха, как в Турине, нам уже не повторить»

Ирина Роднина оценила шансы российских фигуристов

Фото: Федор СКВОРЦОВ.

О фото Обамы с бананом и обвинениях в расизме

- Эта картинка с баскетбольного матча. Думаю, с таким выражением лица на спортивных соревнованиях можно сфотографировать кого угодно. Народ начал так творчески подходить к ответам и комментариям, что несколько штук я передала в Следственный комитет. Потому что мы не оскорбляемся, когда нашу страну позорят, не оскорбляемся, когда какая-то грязь льется на наших руководителей. Никого это не трогает. А тут такая реакция. Меня стали обвинять в расизме. Это просто смешно. Я 10 лет проработала в Америке. В русском языке есть нормальные слова – «негр» или «араб». Но вы их не скажете в Штатах, потому что там это «афроамериканец». А сколько мы сейчас слышим всего в Москве по отношению к приезжим из Средней Азии? Это и Китай, и Вьетнам. Толерантность должна быть не в агрессии, а в понимании, что у каждого народа есть какие-то свои особенности.

О книге

- Не буду лукавить: свою книгу я не писала. Поэтому я просто ее наговорила на диктофон. Точнее, я разговаривала с одним очень известным спортивным журналистом. Так как мы были хорошо знакомы, он каждый раз подхватывал разговор, мы перескакивали с одной темы на другую. Мы уже знаем, когда что происходило. А человеку, который не находился в кулуарах, сложно понять, о чем речь. И когда он все расшифровал, я поняла, что в таком виде выпускать книгу нельзя. Я тормозила публикацию как могла. В итоге она вышла только благодаря настойчивости издателей.

О Полежаеве и Назарове

- Главное, чтобы у нас не личные отношения с губернаторами складывались, а чтобы мы понимали, куда нам двигаться, насколько они важны для региона. Хотя и с Леонидом Константиновичем, и с Виктором Ивановичем всегда общались нормально. С Полежаевым мы познакомились, когда я сюда приехала с нашими спортивными программами. И Омская область одна из первых их подхватила. Когда я первый раз попала на «Королеву спорта», у меня было полное впечатление, что вернулась в 80-е годы, в молодость. Сейчас с Леонидом Константиновичем мы больше общаемся по телефону, обмениваемся электронными письмами.

Об омском «Авангарде»

- Не сыпьте мне соль на рану! Только что ехали к вам в пресс-центр, говорили об этом в машине. Явно есть какое-то заболевание в команде. Кто или что его причина – я не знаю. Тем более это непонятно, потому что в «Авангарде» одна из лучших в стране детских спортивных школ. Видно, не происходит какой-то связки и взаимного интереса между тренерским коллективом и спортсменами. Одними деньгами и гонорарами в спорте ничего не сделаешь. Должны быть совершенно другие мотивы.

О центре художественной гимнастики

- В Омске был построен центр художественной гимнастики. Я действительно считаю, что аналогов ему нет в России. Когда я об этом сказала впервые, на меня посыпались гневные отзывы: вот Роднина опять что-то хвалит. Начали писать, что там покрытие не уложили, и прочее. Я говорю: «Подождите. Все равно же привезут. Это ведь не какие-то доски на пол постелить. Просто хотят все хорошо сделать». И сделали же в итоге.

О своей смерти и «Легенде № 17»

- Скажу честно, я не хотела смотреть этот фильм. Но мне пришлось это делать в течение получаса, пока я сидела на маникюре. В салоне по телевизору как раз его показывали. Когда я вышла, первым делом позвонила своей подруге Оксане Пушкиной. Говорю: «Когда меня не станет, проследи, чтобы обо мне ничего подобного не сняли». Наверное, обывателям этот фильм может показаться увлекательным. Но я знала лично всех этих ребят – и Харламова, и Михайлова, и канадцев. И вот в «Легенде № 17» получилось, как во многих послевоенных фильмах, где фашистов выставляют идиотами.

О ностальгии и жизни в США

- У меня до сих пор спрашивают, зачем я вернулась из Штатов? Я даже не знаю, как это объяснить. Просто я коренная москвичка, очень скучала по своему городу. А больше всего по театрам. Первый год, когда я вернулась, с жадностью ходила почти на все постановки. Хотя сейчас там многое кажется странным. Я не понимаю, почему со сцены надо обязательно кричать. Недавно была на спектакле с Чулпан Хаматовой. И даже она, к моему великому сожалению, поддалась этой новой моде.

О телевидении

- Недавно включила телевизор и поняла: упустила целый пласт жизни. Вот Земфира поет песню «У тебя СПИД, и, значит, мы умрем». Что это такое?! И после этого мы удивляемся, почему у нас такое количество суицидов среди подростков. Или вот программа «Максимум». Ведущему как минимум надо поработать над дикцией и интонациями. Люди устали от НТВ, они хотят, чтобы с ними нормально разговаривали, а не запугивали. Я вот сейчас с удовольствием смотрю проект «Голос». По-моему, современным зрителям нужны именно такие передачи.

О шансах фигуристов на Олимпиаде в Сочи

- Это будет лучше, чем результат в Ванкувере. Там мы были в очень тяжелом состоянии. Но конечно, такого успеха, как был в Турине, нам не повторить. Там были три золотых медали, претендовали на четвертую. Как мы смеялись сквозь слезы, это были пышные похороны советского фигурного катания. В Сочи, я больше чем уверена, у нас будет медаль в парном катании – Волосажар и Траньков. Очень надеюсь, будет «золото». Такой неожиданный прорыв в танцах – заняли 3-е место.