Митрополит Омский и Таврический: «Когда бегаю по утрам трусцой, стараюсь, чтобы меня не узнали прихожане»

На пресс-конференциях Владыка Владимира аншлаги не редкость

- Будете ли вы окунаться в прорубь на Крещение?

- Нет. 18 и 19 января мы будем освещать воду во всех водоемах. Но я против купаний. Смысл Крещения не в том, чтобы моржевать. Часто бывает так, что человек бросается с непривычки в холодную воду, и у него случается разрыв сердца или даже кома. Если он идет на такой риск, то это самоубийца. А их даже в церкви не отпевают. По здоровым людям я не имею ничего против, а слабым лучше воздержаться от купания.

- В регионе уже много проводится лет проводится Рождественский полумарафон. Почему вы предлагаете его перенести?

Что имеет общего Рождество и марафон? Людям идти в храм, а все кругом перекрыто – никак не проедешь. Это же полное безобразие, правда ведь? Я бы предложил, чтобы был не Рождественский, а Новогодний марафон. 31 декабря отпраздновали, а 1 января – пожалуйста, занимайтесь бегом на здоровье.

- А вы занимаетесь спортом?

- Про меня как-то написали, что я выступаю против спортсменов. Это не так. Я люблю спорт. В молодости играл в футбол, был центральным защитником. Занимался борьбой, метанием диска, ядра. У меня даже были награды. Сейчас до сих пор бегаю по утрам. Правда, стараюсь, чтобы меня никто не видел.

- Какие нововведения будут в жизни недавно образованной Омской и Таврической епархии?

- По характеру я требовательный и к себе, и к другим. В том, что касается церкви, я не буду уступать. Во всех приходах должны быть воскресные школы. В этом году у меня есть планы открыть общеобразовательную православную школу. В идеале их должно быть не меньше десяти в городе. Сейчас реставрируем здание общей семинарии с солидной библиотекой, просторными классами и актовым залом. Пока помещение не готово, нам разрешили открыть бакалавриат.

В этом году я хочу привести Христорождественский храм в порядок. Надо там наладить вентиляцию, поменять крышу, начать реставрацию.

Надо будет и Успенский собор довести до ума. Строители спешили, поэтому там нет гидроизоляции стен, сырость поднимается вверх. Да и создавали его как обычное строение, не советовались с духовенством. Там, например, нет амвона. Это тоже самое, как если построить театр без сцены. Нет ризницы – это все равно, что гримерка для актера. Нет крещальни. Сейчас можем крестить только детей. Но главное, что храм есть. А в порядок его приведем со временем.

- Вы много и справедливой критикуете то, что вас не устраивает в церковных порядках, а есть вещи, которые вам нравится в Омской области?

- Конечно. Я еду из Ачаира и каждый день любуюсь лесом. В Средней Азии этой красоты нет. В сто раз лучше, чем даже в Москве. И климат здоровый. Здесь минус 30 переносятся легче, чем минус 5 в столице. В Омске очень много добрых русских людей, и я стараюсь жить с ними в мире.

- 1 февраля у вас день рождения. Каких подарков ждете?

- На день рождения я не хочу никаких подарков. Я безразличен к вещам. В жизни праздновал только 35 и 60 лет. Но дома у меня целый комод с часами – постоянно дарят. Как-нибудь надо их все раздать. Слушал, что когда мне исполнится 75 лет, дадут орден. А у меня их итак уже около тридцати. Куда их вешать? (Смеется.)

- Как складываются ваши отношения с бывшим митрополитом Омским и Тарским Феодосием?

- По уставу полагается, чтобы на покое он жил в монастыре. Партиарх Кирилл рекомендовал Феодосию на выбор несколько обителей, которые он мог бы возглавить. Предлагали ему и квартиру в Москве. Но он отказался переезжать, объяснив это тем, что врачи запретили ему менять климат. Так что никто Феодосия не выгоняет. И он может жить там, где хочет.

Другое дело, что он присвоил себе дома, машины, иконы церкви. А у митрополита не должно быть личной собственности. Даже то, что ему дарят, принадлежит церкви. Когда я уезжал из Ташкента, у меня спросили, где мой личный автомобиль, я сказал, что у меня его нет. Все удивились, ведь у муфтия было 12 личных машин. Мне дарят, как епископу, а не как частному лицу, поэтому это не мое.

- Вы на покой уйдете в монастырь?

- Я ведь житель Троице-Сергеевой лавры. У меня там есть даже моя старая келья.